Святой Церковью читается Послание к Римлянам. Глава 7, ст. 14–25; глава 8, ст. 1–2

Рим.7:14. Ибо мы знаем, что закон духовен, а я плотян, продан греху.
 
   Апостол сказал, что грех открылся чрез заповедь. Посему, дабы ты не подумал, что виной греха закон, произносит общий приговор и говорит: «ибо мы знаем, что закон духовен». Всем, говорит, известно и всеми признано, что закон отнюдь не есть причина греха, но что он «духовен», то есть — наставник добродетели и враг порока. От чего же произошел грех при столь дивном наставнике? От нерадения и немощи учеников. Ибо «я», говорит, «плотян», что значит: все естество человеческое, как до дарования закона, так и во время закона, наполнено было множеством страстей; ибо вследствие преступления Адамова мы не только сделались смертными, но природа наша получила страсти, предалась греху и стала рабой, так что и головы не могла поднять.
 
Рим.7:15. Ибо не понимаю, что делаю.
 
   Здесь говорит не о совершенном неведении, ибо если бы грешили в неведении, то за что же были бы наказываемы? Что же говорит? Пребываю во тьме, увлекаюсь, не знаю, как увлекает меня грех. Посему, когда говорит: «не понимаю», то указывает не на незнание того, что должно делать, но на опасности, ковы, обольщение, увлечение. Все это говорит о людях, живших до пришествия Христа во плоти, хотя представил самого себя.
 
 Потому что не то делаю, что хочу.
 
   Так выражается вместо следующего: ибо тогдашние люди не то делали, что хотели. Выражаясь же так, не внушает необходимости или принуждения. Но что говорит? Вот что: чего не одобряли, чего не принимали, чего не любили, то делали. Ибо далее присовокупляет:
 
 а что ненавижу, то делаю.
 
   Видишь ли, что не вводит ни принуждения, ни необходимости? Ибо в противном случае присовокупил бы: к чему вынуждаюсь необходимостью, то делаю. Но это не сказал, а говорит: «что ненавижу». Как же произошло зло? По увлечению, по немощи, которую имели от преступления Адамова. Эту-то немощь и не мог уврачевать закон, хотя и говорил, что должно делать; ее уврачевал, пришедши, Христос. Итак, здесь во всем, что сказал и что намерен сказать, цель у апостола та, чтобы доказать, что естество человеческое пришло в неисцелимое состояние и что его никто не исцелит, кроме Христа.
 
Рим.7:16. Если же делаю то, чего не хочу, то соглашаюсь с законом, что он добр.
 
   Что закон добр, говорит, видно из того, что я по природе знаю, что должно делать, и что разум у меня не поврежден, хотя я и предаюсь пороку.
 
Рим.7:17. А потому уже не я делаю то, но живущий во мне грех.
 
Рим.7:18. Ибо знаю, что не живет во мне, то есть в плоти моей, доброе.
 
   Не сказал, что плоть делает это, но «грех», то есть увлекающее меня мучительство греха. Что же болтают вооружающиеся против плоти и исключающие ее из числа творений Божиих? Они предъявляют: ведь апостол говорит: «не живет во мне, то есть в плоти моей, доброе». Выслушай, в каком отношении высказал он это. Человек состоит из двух частей: души и плоти; из них первая, то есть душа, властвует всем, а плоть есть раба. Посему выражение: «не живет в плоти моей доброе» значит: не состоит во власти плоти, но во власти души; что изберет душа, то и делает плоть. Все равно, как если кто скажет, что стройный звук не в гуслях, но в гуслисте, тот не унижает гуслей, но показывает превосходство художника пред инструментом.
 
 Потому что желание добра есть во мне, но чтобы сделать оное, того не нахожу.
 
Рим.7:19. Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю.
 
Рим.7:20. Если же делаю то, чего не хочу, уже не я делаю то, но живущий во мне грех.
 
   Словом «не нахожу» обозначил нападение и козни греха; ибо слагает вину и с существа души и с существа плоти и все приписывает порочной деятельности и воле. Когда говорит: «которого не хочу», то слагает вину с души, а когда говорит: «уже не я делаю», то слагает вину с тела. Кто же делает зло? Грех, который, по словам Иоанна Златоуста, есть порочная и грехолюбивая воля. А эта воля не есть создание Божие, но наше движение. Воля сама по себе есть творение Божие; но воля, направленная к известной цели, есть нечто наше собственное, действие нашего произволения. Выше сказано, что такое грех, то есть мучительство греха, увлекающее ум наш чрез удовольствие.
 
Рим.7:21. Итак я нахожу закон, что, когда хочу делать доброе, прилежит мне злое.
 
   Выражение неясное; в нем чего-то недостает. Надлежало бы сказать: итак, когда хочу делать доброе, нахожу себе в законе защитника, однако не делаю доброго, потому что прилежит мне зло. Смысл настоящего места такой: познание добра из начала вложено в меня; нахожу также, что и закон защищает оное, и хвалит, и я желаю делать добро, но вовлекаюсь какой-то другой силой, и мне прилежит зло, то есть действие зла не уничтожается во мне. Впрочем, святой Иоанн Златоуст, истолковав настоящее место как неполное, внушает, что его можно понимать и иначе, именно так: нахожу, что закон дан не другому кому, но мне, желающему делать доброе; ибо закон есть закон только для желающих делать доброе, как желающий того же, чего желает и он. Это уяснится из последующего.
 
Рим.7:22. Ибо по внутреннему человеку нахожу удовольствие в законе Божием;
 
Рим.7:23. но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих.
 
   Я знал добро и до закона, и когда нахожу оное изображенным в письменах, хвалю закон и соглашаюсь с ним «по внутреннему человеку», или по уму своему. «Но вижу иной закон», то есть грех, который назвал законом потому, что обольщаемые им покорствуют ему и боятся покинуть его, как закон, который должен быть исполнен. Закон этот противоборствует «закону ума моего», то есть закону естественному (выше назвал его внутренним человеком, а теперь ясно называет его умом), и одерживает верх, даже делает меня пленником, побеждая и естественный, и письменный закон. Каким образом делает пленником? «Законом греховным», то есть силой, мучительством. Не сказал: влечением плоти, или природой плоти, но «законом греховным», господствующим в членах моих. Значит, в этом не виновата плоть. Если разбойник займет царский дворец, то дворец нимало не виновен в том. Так и здесь: если в членах моих обитает грех, то от этого плоть не зла. Некоторые подмечают здесь четыре закона: один — Божий, научавший нас приличному, другой — противоборствующий, приходящий к нам по действию диавола, третий — закон ума, то есть естественный, последний — находящийся в членах наших, то есть грехолюбивое произволение и склонность к злу, делающие нас посредством привычки нечувствительными, ожесточенными сердцем.
 
Рим.7:24. Бедный я человек! кто избавит меня от сего тела смерти?
 
   Закон естественный стал недостаточен, закон писанный оказался бессильным, тот и другой победило мучительство греха. Откуда же будем надеяться спасения? «Кто избавит меня от сего тела смерти?», то есть повинного смерти. Ибо тело, сделавшись подверженным страданию вследствие преступления, стало от этого и сподручным греху. Скажет кто-нибудь: если тело было сподручно греху, то за что были наказываемы грешники до пришествия Христова? За то, что им даны такие заповеди, которые они могли исполнить и находясь во власти греха.
 
Рим.7:25. Благодарю Бога моего Иисусом Христом, Господом нашим.
 
   Поставленный в безвыходное положение и не нашедший другого спасителя, по необходимости нашел Спасителем Христа. Поэтому и благодарит «Бога» Отца «Иисусом Христом, Господом нашим», то есть причиной благодарения, Христом. Он, говорит, исполнил то, чего не мог сделать закон: Он избавил меня от немощи плоти, укрепив ее, так что она не состоит уже под мучительством греха, но как чрез преступление Адама сделавшись смертной, стала удобопреодолимой для греха, так, чрез послушание Распятого и Воскресшего, получив залог нетления, мужественно противится греху.
 
 Итак тот же самый я умом моим служу закону Божию, а плотию закону греха.


Рим.8:1. Итак нет ныне никакого осуждения тем, которые во Христе Иисусе живут не по плоти, но по духу.
 
   Сказал «служу» вместо «служил»; ибо вспоминает о прежнем. Намереваясь сказать, что «нет ныне никакого осуждения» и т.д., и показать неизреченную благодать Христову, вспоминать, каковы мы были прежде и что мы умом познали доброе, но «плотию», то есть по немощи плоти подчинялись закону греха. Но теперь нет «никакого осуждения тем, которые во Христе Иисусе», то есть сподобившимся крещения. А поскольку многие грешат и после крещения, то присовокупил: «живут не по плоти», давая сим разуметь, что все зло происходит от нашего нерадения. Ибо теперь возможно и легко «жить не по плоти», а до Христа это было весьма трудно. Но мы должны не только не жить по плоти, но и жить «по духу», ибо венец доставляется не воздержанием от порока, но участием в добродетели и духовных делах.
 
Рим.8:2. Потому что закон духа жизни во Христе Иисусе освободил меня от закона греха и смерти.
 
   Законом духа называет Духа Святого, как и грех назвал законом греховным. А законом жизни назвал закон тот в отличие от закона греховного, доставившего нам и смерть. Ибо благодать Божия умертвила и грех и смерть, а сделав для нас борьбу легкой, вывела таким образом на подвиг. Злые языки дерзнули разуметь здесь под законом греховным закон Моисеев; но апостол нигде не наименовал его так, а назвал его святым и духовным. Если же, возражают, и Моисеев закон духовен, то какое же различие между им и законом Духа? Весьма большое. Закон Моисеев только дан Духом, а закон Духа и преподал Духа.

Блаженный Феофилакт Болгарский
 
Толкование на Послание святого апостола Павла к Римлянам
 
Источник: azbyka.ruazbyka.ru


 

 
 
 
ПРЕОБРАЖЕНИЕ ГОСПОДА БОГА
И СПАСА НАШЕГО
ИИСУСА ХРИСТА




РПЦ

Митрополия

Оптина

Закамье